Пуля не берет казака, и сабля не рубит, ибо знает он тайную науку — «Казачий СПАС». Казаки, в совершенстве владеющие СПАСом, назывались характерники. Основой этой науки были, с одной стороны — слова, заговор, молитва, секретное обучение. «Казак» — слово тюркского происхождения, в переводе означает «свободный человек, легко вооруженный воин, владеющий особой наукой ведения боя».
[more]
По легендам, они могли разгонять облака и вызывать грозу, оборачиваться в животных и «переливаться» в речку, выходить сухими из воды и мокрыми из пламени: А еще им по силам было заговаривать раны и даже ставить на ноги мертвецов! Заговаривали пули врагов. Владели характерники и тем, что сейчас именуется гипнозом. В старые времена это называли «отвесть глаз».
Например, забавы ради заглянув в шинок, такой казак мог не только не заплатить за выпитую чарку, но еще и уйти со сдачей с якобы заплаченных денег. Нередко казаков-магов называли также «галдовниками» (от украинского «галдовать» — колдовать) и «заморочниками», потому что они умели напускать на людей «морок» (туман и сон).
Як Козаки Олімпійцями Стали
Самыми известными личностями, которые владели этим искусством были Стенька Разин, Дубежич, Иван Сирко, казак Мамай, Семен Палий, Григорий Сагайдачный, Ермак, батько Харко, Кравчина.
Считалось, что характерники общались напрямик с Богом во время схватки. С другой стороны: весь образ жизни казака представлял собой подготовку к войне, включающую в себя умение в совершенстве владеть верховой ездой, всеми видами оружия и ведение боевых действий. Довольно обычными были такие элементы верховой езды, которые сейчас можно наблюдать только в цирке. Казаки могли перепрыгивать через лошадь на полном скаку, скакать на лошади, стоя в седле на голове, переползать под брюхом лошади и др. Сила удара казачьей шашкой была такова, что отдельные казаки во время сабельного боя могли перерубить человека пополам от плеча до ягодиц.
Казаки-характерники многое умели: и клады находить, и раны заговаривать, и мертвых на ноги ставить, и ядра полами кафтанов ловить на лету, и сухими из воды выходить, и в мгновение ока переноситься из одного края степи в другой.
Характерники, которым удавалось не пасть на поле боя и дожить до седых волос, уходили в монастырь, где в оставшиеся им земные дни замаливали свои грехи. Умели характерники и после войны перенастроить свое тело и дух для мирной жизни излечивая себя от послевоенного синдрома.
Из военных подвигов характерников в давние времена известны их атаки на войска перского царя Дария, который имел неосторожность вторгнуться в наши земли со своим огромным войском. Пятерки оголенных по пояс воинов, стоя на лошадях, прорубывали проходы сквозь тесные ряды персов, разворачивались, прорубались снова и скакали в степь, а персы не могли с ними ничего сделать. Это был один из приемов давления на врага, его деморализации.
Так же в преданиях о казачьей жизни сохранилась легенда о том, что во времена нашествия Чингиз-хана на Русь два его авангардных тумена (20 тыс. всадников) напоролись в междуречье Волги и Дона на неведомых всадников, владеющих военным искусством в совершенстве и скачущих в бой обнаженными до пояса. Они могли поймать на лету стрелу или ловко уклониться от нее. Эти воины сражались двумя мечами, стоя на колене, казаки этот прием называют «мельница». Эти люди не боялись смерти. В жестоком бою два татаро-монгольских тумена были вырублены.
Когда казаки плачут (1963) фильм
Многие характерники владели медитацией — ману, гипнозом, могли так зачаровать своих врагов, что они теряли его из вида или в бешенстве истребляли друг друга, говорили, что они могут нарисовать на стене лодку и уплыть на ней, нырнуть в кухоль воды и вынырнуть где-нибудь в море, бросить бурку на воду и на ней переправиться через реку, словно на плоту.
Характерник мог чувствовать «свою» пулю в полете и уклониться от нее. По преданию, когда в него летела пуля, у него холодел затылок в этот момент.
Казаки-характерники, имея сверхъестественные способности, могли делать невероятные вещи. Например, гонятся ляхи и негде спрятаться, тогда казаки-характерники ставят среди поля копья по кругу и усилием воли и духа входят в особое психоэнергетическое состояние, когда их намерение становится действительностью. И ляхи видят среди поля дубовую рощу.
Останавливаются и возвращаются назад. Это и есть Мана. Такие иррациональные вещи не раз спасали казаков от врагов. Говорят, после таких усилий казаки могли трое суток подряд спать, восстанавливая силы.
У казака-характерника всегда с собой были подкова и люлька. Он знал, как расслаблять и качать мышцы с помощью подковы. В люльках казаки курили лекарственные травы. К примеру, полынь помогала успокоить нервы, улучшала остроту зрения. Когда выпадала роса, казаки лежали на полянах, где росли травы.
Лечили «водой-зализницей»: брали ржавое железо, раскаляли его на костре и опускали в воду. Так получалась вода, которую пили от анемии. Чтобы приготовить медную, в кипяток бросали медные опилки, настаивали, пока вода не остынет. Такой настой давали казакам, освобожденным из плена.
Применялось лечение камнями, на них настаивали травы. Использовали и такой рецепт: смешивали горилку с порохом и обрабатывали раны. Считалось, что душа убитого будет преследовать казака и отнимет его удачу. Чтобы вылечить раненого, его обязательно освобождали от души убитого. Иначе казак не мог выздороветь.
В казацкой медицине характерниками широко использовалось лечение землей. Землю заворачивали в паутину, и она мгновенно останавливала кровотечение. Но в этом лечении тоже были свои секреты.
Славянская земля издревле славилась своими знахарями и колдунами. А как могло быть иначе? Люди жили в любви и согласии с природой, и это накладывало на них определенный отпечаток. Каждая травинка в те давние времена служила на благо человеку, а человек служил природе.
Это сейчас позабыты; названия целебных трав и имена древних богов, а колдуны считаются служителями дьявола. Раньше же знахарь, он же колдун, был человеком почитаемым за мудрость. Да и сама природа словно заботилась о том, чтобы умения знахарские не пропали.
Лучшие из лучших
К тому времени, когда на берега Днепра пришло христианство, славяне ценили уже не столько мудрость, сколько мастерство стрельбы из лука да владение мечем. Да и знахарство с колдовством стало искусством, чуждым новой религии.
В тяжелые времена, когда на славянские земли приходили враги, стар и млад брались за оружие, всем миром родную землю защищали. Не оставались в стороне и знахари, овладевали военным искусством. Людьми они были талантливыми, поэтому бойцы из знахарских кланов оказывались лучшими из лучших в княжеских дружинах.
Но не только воевали знахари. Умудрялись у природы чужой, да и у самого врага в дальних походах учиться. Ну не мог знахарь, даже с мечом в руке и ненавистью к врагу своей земли новых знаний не искать! Ведь он с молоком матери начинал впитывать жажду познания окружающего мира.
Дальнее путешествие — великие знания
Было это незадолго до крещения Руси. Тогда люди, обладающие сакральными знаниями, в большем почете и у народа, и у князей были. И вот один из лучших воинов князя Игоря, Дубежич, испросив позволения у своего господина, отправился путешествовать в Азию. Ведь на Руси много слышали об азиатской мудрости, об удивительных тамошних знаниях, а получить их могли разве что по крупицам.
Многие годы путешествовал Дубежич. Пройдя Индию, Китай, добрался до Гималаев и понял, наконец, что нашел то, что искал. Много мудрости было у Дубежича, но еще больше он познал благодаря гималайским старцам. Удивительные умения вез домой путешественник, а самые удивительные из них мы теперь называем левитацией, телепортацией, вхождением в состояние анабиоза, телепатией.
Со временем открыл эту мудрость Дубежич своим сыновьям. А после крещения Руси мало осталось тех, кто «небогоугодными» делами захотел заниматься. И стало воинов»-магов совсем немного. Служили они честно, чинов да званий высоких не выпрашивали, да и не нужны они человеку мудрому, любящему Отчизну свою не за ордена.
И вся Европа дивилась
За порогами днепровскими обосновались казаки, со всей Руси на вольную жизнь собирались: Туда же приходили и те, кого с родной земли гнали, колдунами ругали. Они тоже становились казаками. Звались такие казаки характерниками. Почему так? Много историки на эту тему рассуждают.
И в японском языке корни этого слова ищут, и с санскрита переводить пытаются, и с греческого.
Само слово «характер» греческое, оно обозначает «совокупность стойких психических свойств человека, его личных черт, что проявляется в поведении, в действиях». В общем-то, подходящее определение. Казак-характерник был фигурой необычной даже в таком войске, как казачество.
Казаки вообще славными воинами были. А так как жизнью жили вольной, то и в чужие страны могли по своему желанию отправляться, где их нанимали служить европейские монархи. И вся Европа поражалась воинской доблести и сакральным знаниям наших предков.
Их ни сабля, ни пуля не брали
Вот что писал автор «Истории войны казаков против Польши» Пьер Шевалье, описывая великолепный бой характерника во время «мясорубки» под Берестечком: «Остался один, который боролся в течение трех часов против всего польского войска; он нашел на болотистом озерке лодку и, прикрываясь ее бортом, выдержал стрельбу поляков; потратив весь свой порох, он потом взял острую косу, которой отбивал всех, кто хотел его схватить. Король восхитился бесстрашием этого человека и приказал крикнуть, что дарит ему жизнь, если тот сдастся; на это последний гордо ответил, что уже не заботится о том, чтобы жить, а лишь хочет умереть как настоящий вояка».
Да и наши исследователи самобытной славянской культуры в стороне не оставались. Дмитрий Яворницкий, известный историк и этнограф, писал: «Среди запорожцев всегда были так называемые характерники, которых ни вода, ни сабля, ни обычная пуля, кроме серебряной, не брали. Они могли отмыкать замки без ключей, плавать в лодке по земле, как по морским волнам, переправляться через реки на рогожке, брать голыми руками раскаленные ядра, видеть на несколько верст вокруг себя, жить на дне реки, залезать и вылезать из прочно завязанных или даже зашитых мешков, превращать людей в кусты, всадников — в птиц, забираться в обычное ведро и плыть в нем под водой сотни и тысячи верст». Все эти умения вызвали не только уважение, но и суеверный страх других казаков перед характерниками.
Хоронили характерника зачастую лицом вниз, как колдуна, а то и забивали ему в грудь осиновый кол. Одно из таких захоронений казака-характерника было обнаружено в 1936 году возле села Архангельск (Ясиноватского района Донецкой области). Казак лежал в дубовом гробу, сбитом без единого гвоздя. Археологи, открыв гроб, увидели человеческий скелет в красных шароварах и синем жупане, подвязанном зеленым поясом. Он лежал лицом вниз, а за поясом имел штоф водки, запечатанный сургучом.
Пожалуй, самым известным характерником был атаман запорожских казаков Иван Сирко. Сегодня бы его назвали личностью харизматичной. Многие знают о знаменитом письме казаков турецкому султану. Кто, вы думаете, его подписал? Иван Сирко!
Даже в Тридцатилетней войне поучаствовать успел на стороне французов — крепость Дюнкерк брал. Вообще воякой и забиякой был Сирко. И покутить хорошенько мог, и повоевать не хуже. Благо язычники-характерники не были обременены божьими заповедями. А то, что Иван Сирко ни одного сражения не проиграл, так и вовсе делает личность его еще более удивительной.
У братьев по оружию Сирко считался оборотнем, турки звали его Урус-Шайтан — Русский Дьявол, значит, а еще — Семиголовый Дракон.
Правая рука атамана
Запорожцы говорили, что равного Сирку в целом свете нет. Рассказывали, что когда он подставлял руку под удар сабли, на ней оставался лишь синий след. Сирко умел наводить на врагов сон, часто при этом оборачиваясь белой борзой. Сирко побеждал не только людей, но и нечистую силу. Речку Чертомлык назвали так потому, что в ней Сирко убил черта: тот только «мликнул» (мелькнул) ногами, когда Сирко выстрелил в него из пистоля.
Бурной оказалась жизнь Ивана Сирко и на том свете. Великий воин-характерник даже после смерти продолжал побеждать врагов! Он завещал казакам, когда умрет, отрезать его правую руку и ходить с ней в походы. Казаки выполнили завет атамана и, встречаясь с неприятелем, выставляли вперед его руку со словами: «Душа и рука Сирка с нами!». Казаки верили: где рука их предводителя — там и удача.
Поэтому запорожцев еще долго боялись и турки, и ляхи. Руку кошевого захоронили только после распада Запорожской Сечи.
И среди современных казаков, оказывается, есть характерники. Они, правда, в волков не превращаются. Зато умеют заговаривать раны, врачевать многие недуги, готовить целебные настойки.
Они твердо верят, что древние знания могут духовно обогатить все нынешнее казачество. А пока характерники собирают травы для чудодейственного бальзама, который, как они говорят, позитивно воздействует на умы казаков. И готовы делиться своим эликсиром мудрости не только с казаками, но и со всеми, кто того пожелает.
Источник: terrao.livejournal.com
Боец СВО: Я усвоил что казак – это в первую очередь защитник своего государства
Боец с позывным Андрей был поверстан в казаки прямо в зоне СВО. Это решение он принял, пока служил в казачьем штурмовом батальоне «Таврида» Черноморского казачьего войска, где столкнулся с таким явлением, как казачье братство, которого, по его словам, в обычных подразделениях нет. В беседе с порталом «Российское казачество» он рассказал, чем боевые действия в 2014 году отличались от того, что происходит сейчас.
– Почему вы стали добровольцем и отправились в зону СВО?
– Когда началась СВО, то первые кадры, которые мы все увидели, – это молодые ребята-контрактники, которым по 20 лет, их убивали, ловили по Харькову. Тяжело было смотреть на это. Туда уже заходила Российская Федерация, а не непризнанные республики ЛНР и ДНР. Я подумал, что нужно помочь своей стране и что мы как-то изменим ситуацию к лучшему. Для меня дело началось еще в 2014 году, но я ушел оттуда в 2017 году, немного разочаровался тогда.
– Как вы попали в казачий батальон, ведь вы не были казаком, когда шли в зону СВО?
– У меня в этом батальоне есть знакомый, и, когда они формировались в батальон в Ростовской области, я узнал, что им нужен специалист, который смог бы наладить хорошую разведку. А так как в ДНР я служил в разведвзводе, полгода служил в ГРУ ЛНР и ДНР, то после собеседования с атаманом Черноморского войска, мне предложили эту должность.
Пока я не начал служить с казаками, отношение к казачеству было не очень хорошее, и я сказал атаману, что далек от этого всего. Но его это не возмутило, и я вошел в этот батальон.
– Вас поверстали в казаки прямо в зоне СВО. Почему вы приняли решение вступить в казачество?
– На службе я каждый день сталкивался с традициями, обычаями казачества. А еще в казачьих батальонах есть такое понятие, как братство, такого в военных подразделениях нет. Каждый день, пока я находился с ребятами, видел их взаимоотношения внутри. Это чем-то мне напомнило 2014 год, когда в боях участвовало много патриотов и было такое братство, но оно было утеряно. А здесь, когда я столкнулся с ребятами Черноморского войска, меня это затянуло, и я захотел стать частью этого.
– Быть казаком – это что? Опишите своими словами.
– Ещё на этапе общения с атаманом, я усвоил, что казак – это в первую очередь защитник и воин своего государства. И я как человек патриотично настроенный понял, что мне такое подходит.
– Как родные отреагировали на ваше вступление в казачество?
– Положительно. Все традиции и культура казачества переплетены с православием. У меня в семье все крещеные, поэтому они нормально восприняли. Это ведь не какая-то субкультура, а благородное дело, и родители отнеслись к этому очень хорошо.
– Чем служба в зоне СВО отличалась от вашего прошлого опыта?
– В те годы в ДНР все было страшнее и жестче, поэтому в этот раз у меня уже был боевой опыт. Плюс из-за того, что атаман Черноморского войска непосредственно принимал участие и руководил этим батальоном, нам ставили задачи, и мы могли сами, своим кругом, решить, как правильно выполнить задачу, чтобы не пострадали бойцы, остались все живы и здоровы. Потому что живем мы все вместе, нам потом возвращаться домой и все знают у друг друга родственников. У нас было братство и каждый отвечал друг за друга.
У нас была возможность все задачи решать на опережение, чтобы минимизировать прямые контакты. Для этого атаман войска привез из Крыма довольно мощный комплекс БПЛА, его нам выделил глава республики Сергей Аксенов. И при помощи него мы могли за 30–50 километров выявлять противника и уничтожать на большой дистанции, когда он только концентрировал «ударный кулак» по нашим окопам.
Были и прямые контакты. Первый прямой бой батальона был в районе населенного пункта Малые Щербаки. Чтобы воодушевить бойцов, атаман лично повел их в бой, принимал участие в этом штурме, так как многие были без военного опыта, не служили.
– Вы планируете вновь поехать в зону СВО?
– Батальон «Таврида» с самого начала, как вышел, планировал вернуться в зону СВО, но только своим составом. Нам важно, чтобы атмосфера казачества сохранилась, а не просто зайти бойцами в армейское подразделение.
С помощью Сергея Аксенова, главы Республики Крым, мы смогли выбить себе штатное расписание, чтобы зайти именно батальоном. Но это был очень долгий и тернистый путь, где была масса условий.
– Чем вы занимаетесь сейчас, после участия в СВО? Повлиял ли ваш боевой опыт на повседневную жизнь или профессию?
– С момента возвращения я все время был в состоянии быстрой готовности. Я почти все 10 месяцев просидел на чемодане, ждал, когда батальон сможет вернуться. И поэтому выходить на работу и брать на себя какие-то обязательства, когда ты можешь скоро уйти, – это не совсем красиво.
– Если вас пригласят в школу и попросят рассказать ученикам об СВО, то что бы вы рассказали?
– Я бы, наверное, пообщался сначала с преподавателями и спросил, что можно рассказывать. Потому что я не педагог. Узнал какая информация уместна в общении с детьми. И из беседы мы бы поняли, что можно говорить, а что не стоит.
Источник: vko-chkv.ru
Казачий суд
У казаков была чёткая система территориально-административного деления и управления. Станичные казаки составляли войско или полк. Во главе станиц стоял войсковой или полковой командир, от которого зависела казачья старшина. Управляющим казачьего поселения являлся атаман, которому подчинялись окружённые силы — выборные и исполнительные власти.
Он был высшим судьёй и верховенствовал над войском, стоял во главе казачьего круга и принимал судебные решения, опираясь на Войсковое право — средство урегулирования отношений в казачьей среде. Постепенно нормы права дополнялись. Обычно, принятое решение запоминалось и применялось в похожих ситуациях. Когда экзекуция была определена, приговор немедленно приводился в исполнение.
Мелкие повинности находились в ведении Суда чести. В его состав входили исключительно полноправные казаки, избираемые при помощи жребия. Каждый из членов Суда мог гласно определять способ наказания для провинившегося товарища. Решение Суда чести считалось действительным, если оно было принято в присутствии священника и одобрено Советом стариков.
Когда мера воздействия была определена, судебный орган расформировывался. Руководить процессами вынесения приговоров атаману помогали должностные лица. Военный писарь доносил до осуждённых информацию о решении атамана. Есаул отвечал за исполнение приговоров, преследовал разбойников и грабителей. Войсковой довбыш (барабанщик) на экзекуциях был приставом, зачитывал постановление старшины публично на Совете или месте казни.
Одним из самых страшных видов экзекуций считалось закапывание живого человека. Оно применялось, если казак убивал товарища. Живого преступника вместе с жертвой клали в гроб и засыпали землёй. Бывали и исключения. Если убийство совершил храбрый воин, авторитетный в станице человек, то погребение заменяли штрафом.
Если казак заставал жену с «блудодейником», супруга должна была зимой искупаться на аркане в проруби. Неверной могли связать руки и ноги, насыпать песка за пазуху, привязать к ней камень и топить в воде. Ярые казаки отсекали жене голову шашкой. Бывали случаи, когда женщине вырезали ремни на спине с помощью холодного оружия.
Впоследствии рана или заживала, или мучила умирающую. Но не все казаки грубо расправлялись с жёнами. Представители задонской станицы Черкасского округа выбирали менее зверские наказания. Неверную связывали за руки с любовником и водили по станице с барабанным боем. Чтобы опозорить казачку, её нередко раздевали практически догола.
Изощрённая экзекуция касалась турок. Неудачные набеги казаков для многих увенчались пленом. Разожжённая ненависть провоцировала казаков на многочисленные нападения, ограбления и убийства. В качестве доказательства своего пребывания на турецких берегах казаки часто брали в плен турецких девушек и девочек. Привозили их в станицу, показывали живые трофеи старшинам.
После показательных выступлений пленных турчанок отправляли работать прислугой. Некоторых заставляли ублажать казаков. Бывало, что турчанок продавали на рынках. Азартные жители станиц часто проигрывали женщин в играх. В летописях казачества подтверждено, что за один поход в родные степи забирали по тысяче-две турчанок и персиянок.
В результате этого происходило кровосмешение. В казачьей степи не было редкостью увидеть темноволосого, чуть косоглазого ребёнка с горбатым носом.
Казаки беспощадно обращались с врагами. Один из немецких полковников писал: „Казаки нагнали на моих солдат такой смертельный страх, что я не могу продвигаться дальше“. Во время казачьей атаки мало кто оставался живым, особенно если речь заходит о борьбе с „басурманами“. Рубили и тех, кто нападал на казачьи поселения.
Иногда казаки не добивали раненых, а брали их в плен — бойцов лечили или заставляли работать. Потом собратья могли выкупить пленных. Черкесы никогда не забирали представителей своего народа, если они были ранены пиками, — это считалось позором.
Жестокой экзекуции подвергались воры, решившие „надуть“ своих и скрыть содеянное. Уличенного в воровстве казака приводили на Сечевую площадь, привязывали к столбу и оставляли минимум на три дня, пока он не заплатит за украденную вещь. Случалось и такое, что уже через день казака забивали до смерти. За многократное воровство могли повесить или посадить на железный крюк.
В казачьей среде применялись разные виды экзекуции для поддержания дисциплины. Считалось, что телесные наказания являются профилактической мерой для будущих рыцарей.
Обычай самосуда применяется у казаков преимущественно по отношению к ворам и конокрадам. Самосуды производятся или самими потерпевшими лицами, или членами их общины. Расправы эти бывают необыкновенно суровы.
Так, одно поселковое общество заподозрило своего же хуторянина и его жену в краже лошади и принудило позвать виновных на допрос. „День клонился к вечеру; к подозреваемому в краже, в сопровождении трех казаков, отправился приказный (поселк. атам.). В темноте сумерек он постучался в окно, и когда получил ответ, что хозяин дома, — скомандовал казакам: „лезте“, и в дверь посыпались удары.
Дверь не устояла, запор был отбит, и в дом ворвалась стража. Хозяин приготовился уже спать к лежал на кровати. Стража, не сказавши ему ни слова, не объяснивши своего прихода, бросилась на лежавшего хозяина и, взявши его за руки и за ноги, ударила об землю, после чего посыпались удары. Жена кинулась защищать мужа, но один из казаков схватил ее за волосы и потащил на двор.
Баба не вытерпела, схватила казака за бороду, и открылся рукопашный бой. Наконец жертвы подозрении были приведены на сход. Время подвигалось к полуночи, и поселковый ареопаг готовился к слушанью и разбору дела. Но признания не добились: раздраженные муж и жена отвечали дерзко. Это оскорбило атамана, и он велел связать их и, продержав их так с полчаса, отпустил.
Общество же равнодушно разошлось“ (Д. О. В. 1873 г., № 18).
. Обычай „объявлять“ виновных в прелюбодеянии посредством обмазывания хаты дегтем и грязью, посредством выбивания стекол в окнах или отрезания хвостов у волов, коров и коней или вытрясывания на улицу пуха из перины и т. п., сохранился и по сей день в полной мере. Все это делают и вообще из желания мести, „чтобы причинить врагу своему неприятность“. Еще в 1881 году в ст.
Малодельской, вымазали у двух почтенных жителей совершенно новые ворота дегтем (Д. О. В. 1881, № 8), а из ст.
Старочеркасской сообщали еще в 1882 г. следующее: „молодой человек гулял на одной вечернике вместе с девушкой, за которой он ухаживал; ушли они вместе, а на другой день в ливаде, чрез которую они проходили, нашли на дереве изорванную юбку девушки“, „месть ли это или грубая насмешка“ осталось неизвестным (Д. О. В. 1882, № 12). Желал опозорить девушку, казаки обрезают ей косу.
Так одна девица просватана была родителями против её собственного желания. Она поплакала и согласилась подчиниться воле родительской. Но прежний её любовник, рассердившись, задумал обесчестить ее и тем отомстить ей.
В то время, когда жених и невеста введены были в церковь и уже начался обряд венчания, казак осторожно пробрался к невесте и мгновенно острым ножом отрезал у ней косу. Сваха хотя и ударила всею силою руки наотмашь, но было уже поздно.Поезжане за волосы выволокли этого казака из церкви и тут с общего совета, „со своего суда“ избили его до полусмерти. Тем дело и кончилось (Д. О. В. 1875, № 88).
Источник: historical-fact.livejournal.com